Земля Балтики и неволя. Кошевой в Зеленоградске

В пятницу, 18 сентября, во Фрунзенском райсуде Санкт-Петербурга должен быть оглашен приговор многолетнего мэра Зеленоградска Сергея Кошевого. Неделю назад гособвинитель потребовал за мошенничество с земельными участками и превышение полномочий для экс-градоначальника одного из главных курортов Калининградской области 11 лет общего режима, штраф 2 млн и возмещение ущерба в 213 млн. Для бизнесмена Максима Пыренкова, проходящего по делу вместе с Кошевым, прокурор запросил восемь лет.

Сын Кошевого Никита, предположительно связанный с махинациями отца, более четырех лет находится в международном розыске. Эта статья была написана до вынесения приговора, но, не желая оказывать давление на суд, «Калининградские новости» выпускают ее в день оглашения приговора. Цель - осмыслить все происходившее во власти самого западного региона России за последние пару десятилетий - именно столько, даже больше, длилась история нахождения Сергея Кошевого во власти. На не очень высокой, но очень хлебной должности.  

Зеленоградск — это место, где стоимость муниципального решения легко и непринужденно переводится в деньги. В сумасшедшие деньги. Шальные деньги. В деньги, от соблазна которых трудно устоять. Бывший немецкий Кранц давно уже не просто небольшой курортный городок на Балтийском море: за последние два десятилетия он превратился в одну из самых дорогих и востребованных территорий Калининградской области, где первая линия, участки под гостиницы и многоквартирные дома и даже обычная земля на подступах к побережью стоят совершенно иных денег, чем еще недавно. Город растет вместе с туристическим потоком и жилой застройкой, а свободных территорий, пригодных для освоения, становится все меньше. Поэтому история Сергея Кошевого — это не только биография многолетнего муниципального начальника и не только уголовное дело о двух земельных эпизодах. Это история о Зеленоградске в эпоху строительного бума, о переплетении администрации и бизнеса и о том, как один человек сумел пережить смену губернаторов, политических команд и даже собственное уголовное преследование, оставаясь у власти почти до конца.

Сама продолжительность карьеры Кошевого и обстоятельства ее завершения позволяют рассматривать бывшего градоначальника как одного из знаковых персонажей калининградской муниципальной политики последних двадцати лет.

В этой биографии удивительным образом сошлись почти все элементы, которые обычно определяют региональную политическую культуру: советское силовое прошлое, приватный бизнес, муниципальная власть, земельные отношения, строительство, тесный круг местных предпринимателей, смена губернаторских команд, которая не мешала курортному князьку оставаться на насиженном месте, публичные успехи в благоустройстве и туризме, постоянные конфликты с контролирующими органами, которое до поры, до времени не оканчивались ничем, и, наконец, уголовное дело, которое началось задолго до того, как большинство жителей Зеленоградска вообще узнало о его существовании.

Начнем с самого начала. С роддома. Кошевой родился в 1961 году далеко от балтийских берегов, в Рыбинске, окончил Ленинградский институт водного транспорта, после службы в армии недолго работал в органах советской еще государственной безопасности, а затем оказался в бизнесе. Начались лихие девяностые, и Кошевой, которому жизнь в погонах показалась то ли скучной, то ли не очень сытной, занялся бизнесом, и не самым простым. В 1990-е и начале 2000-х он руководил компанией, выпускавшей минеральную воду «Зеленоградская». В общем-то, в те годы под производством минералки часто маскировалось производство «левой» водки. Было ли так у Кошевого, мы не знаем, история свидетельств не сохранила. Но в политику и депутаты Кошевой пришел уже богатым человеком. Бизнес был важной частью его биографии: к муниципальной власти он пришел не как аппаратный чиновник с единственной карьерной траекторией, а как человек, успевший побывать в коммерческой среде. Там другие законы и другое целеполагание. 

Начиная с середины девяностых Кошевой несколько раз избирался муниципальным депутатом, а в 2005 году, сразу после смены губернатора - адмирала Егорова сменил выходец из лужковской команды Георгий Боос, -  наш герой впервые перешел в исполнительную власть: был назначен заместителем главы Зеленоградского района Валерия Губерева. А после перехода в 2009 году Губарева в областную думу Кошевой впервые возглавил администрацию Зеленоградска. Через несколько лет он сделал еще один шаг вверх по региональной административной лестнице: в 2014 году, уже при губернаторе Николае Цуканове, стал министром по муниципальному развитию и внутренней политике Калининградской области. А в 2016-м вернулся в Зеленоградск уже руководителем администрации объединенного муниципалитета города-курорта. Точно должность звучала теперь так: глава администрации Зеленоградского городского округа. Именно этот десятилетний период, продолжавшийся до августа–сентября 2025 года, и стал вершиной его «царствования», а также предметом пристального внимания силовиков. Ну и закатом одновременно.  

Между Цукановым и Алихановым

Политическую карьеру Кошевого удобно рассматривать через губернаторов. Каждый из руководителей области задавал для муниципальной элиты региона свою систему координат. При Николае Цуканове Кошевой поднялся из муниципального руководителя до областного министра, а затем получил возможность вернуться в Зеленоградск уже с гораздо более серьезным административным весом. В этом смысле Цукановская эпоха стала для него временем входа в региональную элиту.

Возвращение Кошевого в Зеленоградск в 2016 году произошло именно в период Цуканова. Формально он прошел конкурс, но уже тогда местные источники писали о заранее согласованной кандидатуре. В феврале того же года губернатор публично критиковал состояние города, в частности парковки, содержание променада и торговлю на нем. Кошевому предстояло доказать, что он способен управлять курортом, который стремительно менялся и постепенно превращался в одну из главных туристических точек области. Постепенно становился известным в масштабах всей России.

Впоследствии он это доказал — по крайней мере с точки зрения части показателей, которые можно измерить. Зеленоградск получил новый городской бренд, масштабное благоустройство, общественные пространства, туристические проекты и значительно выросший бюджет. Город стал узнаваем далеко за пределами Калининградской области. Проект «Котошеф», например, превратил старую шутку о зеленоградских котах в полноценный туристический бренд, который получил федеральное внимание и премии.

Но вместе с туристическим успехом росла и цена земли. И вот здесь история Кошевого начинает приобретать совершенно другой смысл.

В Зеленоградске муниципальная власть распоряжается ресурсом, которого физически мало и стоимость которого растет с каждым годом. Земля у моря не просто является активом — она определяет, каким будет город через десять или двадцать лет. На одном участке может появиться парковка, на другом — гостиница, на третьем — многоэтажный жилой комплекс. Решение администрации способно изменить стоимость территории на десятки и сотни миллионов рублей. Кошевой оказался человеком, который находился в центре этой системы почти непрерывно.

Алихановская эпоха: «гений места»

После ухода Цуканова в 2017 году и прихода Антона Алиханова положение Кошевого не только не ухудшилось, но, судя по публичной риторике губернатора, стало еще устойчивее.

Алиханов неоднократно положительно отзывался о работе Зеленоградска. В 2020 году во время поездки в город-курорт губернатор называл его одним из лидеров муниципального развития и ставил местную администрацию в пример другим территориям. В отношении самого Кошевого звучали максимально комплиментарные характеристики — вплоть до определения «гений места». Теперь бывший «гений» ждет сурового приговора.

Уголовное дело в отношении Кошевого было возбуждено в 2017-м, по событиям 2016-го. Тем не менее Кошевой еще долго продолжал руководить Зеленоградском, а региональная власть не демонстрировала намерения от него избавиться.

Может быть, причина в том, что Зеленоградск при Кошевом действительно показывал заметные результаты, а может быть, сам глава администрации обладал редкой для муниципального чиновника его уровня устойчивостью и умением выстраивать отношения со всеми нужными людьми. 

При этом именно в эти годы вокруг Зеленоградска все заметнее становилась проблема: жилищное строительство росло быстрее инфраструктуры.

Появлялись новые дома, увеличивался туристический поток, дорожала недвижимость, а город сталкивался с нехваткой парковок, проблемами с водоснабжением и перегруженностью школ. Прокуратура обращала внимание на необходимость развития социальной инфраструктуры, а жители периодически жаловались на последствия слишком быстрого строительства.

Для Кошевого это было не столько противоречием, сколько следствием той модели развития, которую он внедрял в жизнь. Чем больше строилось жилья и гостиниц, тем богаче становился муниципалитет и тем привлекательнее становился Зеленоградск.  

Западный пляж

В центре уголовного дела оказался участок на Западном пляже площадью около 10,8 га. Сегодня это одна из наиболее привлекательных территорий Зеленоградска, но в 2016 году ее будущая стоимость была еще не столь очевидна для широкой публики.

По версии следствия, Кошевой, занимавший должность главы администрации, подписал разрешение на ввод в эксплуатацию здания на улице Приморской в тот момент, когда объект фактически еще не был завершен. Это позволило оформить право собственности на объект, а затем приобрести земельный участок под ним по льготной цене.

Следствие считает, что участок площадью около 108 тыс. кв. метров был продан за 34 млн рублей при рыночной стоимости более 247 млн. Разница, которую обвинение считает ущербом муниципалитету, составила свыше 213 млн рублей.  

Второй важный участник этой истории — бизнесмен Максим Пыренков, проходящий по делу вместе с Кошевым. Действия Кошевого позволили предпринимателю приобрести землю значительно дешевле рынка.

Суду пришлось долго разбираться не только в том, когда именно было завершено строительство здания, но и в более сложном вопросе: каким был правовой режим территории, какие документы находились у администрации, как определялась стоимость земли и мог ли глава администрации действовать в соответствии с существовавшей тогда правоприменительной практикой.

Последняя деталь особенно важна. В процессе звучали показания чиновников, которые рассказывали, что в Зеленоградске существовало собственное понимание статуса курортных земель. Вопрос осложнялся тем, что границы зоны санитарной охраны курорта не были надлежащим образом поставлены на кадастровый учет. Поэтому чиновники трактовали возможность распоряжения конкретными участками так, как им было выгодно.

Именно здесь проходит одна из главных границ между версией обвинения и версией защиты. Следствие видит сознательное использование должностных полномочий для вывода дорогой муниципальной земли из публичной собственности. Защита указывает на юридическую неоднозначность ситуации и оспаривает выводы о наличии преступного умысла.

Что случилось с землей после этого

Территория Западного пляжа постепенно стала частью масштабного девелоперского освоения западной части Зеленоградска. Участки дробились, переходили между юридическими лицами, появлялись новые собственники и новые проекты. В материалах региональной прессы неоднократно фигурировали компании, связанные с группой «КСТ», Михаилом Кацафом, Никитой Кошевым и другими предпринимателями.

Вокруг прибрежной земли сформировался довольно ограниченный круг предпринимателей, чиновников и депутатов, которые периодически пересекались в разных проектах. Одни компании строили, другие кредитовали строительство, третьи занимались земельными вопросами, четвертые участвовали в муниципальной политике. Некоторые люди меняли роли: сегодня были собственниками, завтра — директорами, послезавтра — партнерами другого проекта. Именно из таких многочисленных пересечений и родилась версия о «клане Кошевого». Если говорить строго, доказательств существования единой «группировки Кошевого» в открытом доступе нет. Но есть сеть устойчивых связей.

В ней регулярно появляются Михаил Кацаф, Никита Кошевой, Александр Лопатко, Игорь Матюшин, Кристина Левина, Андрей Афанасьев и другие предприниматели. В разные годы они пересекались в компаниях, земельных проектах, строительстве или местной политике.

Например, Никита Кошевой владел долями в строительных компаниях вместе с Михаилом Кацафом. В ООО «Специализированный застройщик „Балтийский парус“» Никите Кошевому принадлежало 25%, еще 25% — Михаилу Кацафу, 20% — московскому предпринимателю Андрею Афанасьеву, еще 20% — Александру Крусияну и 10% — Карине Горбуль. По данным, приведенным RUGRAD, выручка «Балтийского паруса» за 2023 год составляла 27,5 млн рублей. Данные показывают масштаб и географию связей семьи Кошевых: местный строительный рынок, московские предприниматели, гостиничные проекты и земельные активы Зеленоградска оказывались в одном корпоративном поле. Именно здесь появляются и разговоры о московском следе.

Московские связи: между фактами и слухами

Вокруг Кошевого годами ходили разговоры о том, что его устойчивость объяснялась не только местными договоренностями. В политическом фольклоре Зеленоградска существовала версия о неких московских связях, которые позволяли ему переживать конфликты с правоохранительными органами и смену региональных руководителей.

Однако доказательств существования некой единой «московской крыши» в открытых источниках нет.

Зато есть реальные деловые связи с Москвой. Самый очевидный пример — Андрей Афанасьев, который фигурировал среди совладельцев компаний, связанных с Никитой Кошевым. Через такие структуры московский капитал действительно присутствовал в зеленоградской недвижимости.

Слухи о федеральных связях Кошевого интересны как часть его политической репутации, но сложно их назвать установленным фактом. В регионе его устойчивость гораздо убедительнее объясняется собственными отношениями с местной элитой и тем, что он оказался удобным для разных губернаторских команд муниципальным руководителем, который умел обеспечивать результат.

Семейный бизнес

Наиболее неудобной частью этой системы был бизнес сына. Никита Кошевой стал заметной фигурой зеленоградского девелоперского рынка задолго до того, как оказался в международном розыске. Он участвовал в строительных компаниях, был партнером Михаила Кацафа, фигурировал в проектах, связанных с жилой и гостиничной недвижимостью.

Среди компаний, с которыми он был связан, фигурировал «Балтийский парус». Были и другие структуры, работавшие с недвижимостью и землей.

С политической точки зрения проблема заключалась даже не в самом факте бизнеса. Частный предприниматель имеет право заниматься строительством. Проблема возникала из-за фамилии и должности отца: Сергей Кошевой в это время руководил муниципалитетом, а его сын работал на рынке недвижимости того же муниципалитета. Особенно чувствительно это выглядело в маленьком городе, где главным активом была земля.

Впоследствии, в 2022 году, Никита Кошевой оказался в международном розыске по делу о мошенничестве. МВД объявляло его в розыск, а региональные СМИ указывали, что он продолжал оставаться связанным с рядом строительных компаний. Это отдельное уголовное дело, и его нельзя автоматически смешивать с процессом против отца. Но в деле Сергея Кошевого имя Никиты также возникает непосредственно: следствие считает, что сын участвовал во втором земельном эпизоде.

Каменка

Второй эпизод обвинения относится к поселку Каменка. По версии следствия, в 2016 году Сергей Кошевой вместе с сыном Никитой и Максимом Пыренковым приобрели права на земельный участок примерно за 979 тысяч рублей, тогда как его рыночная стоимость превышала 2 млн. Следствие считает, что участок оформили на подставное лицо, после чего исходный массив разделили на 25 участков, которые через третьих лиц были реализованы за 10,5 млн рублей. 

Именно этот эпизод наиболее отчетливо показывает, почему следствие рассматривает Кошевого не просто как чиновника, допустившего ошибку при оформлении муниципальной земли, а как участника предполагаемой схемы, в которой присутствуют его родственник и предприниматель.

В суде звучали показания свидетелей, знакомых с Никитой Кошевым и занимавшихся сопровождением сделок с недвижимостью. Один из них утверждал, что выполнял поручения Никиты, а тот, в свою очередь, говорил о решении вопросов через отца.  

Дело, которое долго не хотели замечать

Особенность истории Кошевого в том, что уголовное дело появилось значительно раньше его фактического ухода из политики.

Следствие возбудило дело еще в сентябре 2017 года. Затем расследование приостанавливалось и возобновлялось, а окончательное предъявление обвинения произошло только в апреле 2022 года. В 2025 году прокуратура утвердила обвинительное заключение, после чего дело направили в суд.  

Этот многолетний разрыв и породил большую часть разговоров о политическом покровительстве.

Почему человек, против которого расследовалось уголовное дело, продолжал возглавлять муниципалитет? Почему следствие не смогло быстро добиться его отстранения? Почему региональная власть не потребовала немедленной отставки?

Формальный ответ существует. Кошевой не был осужден, а суды не поддерживали требования следствия о более жестких ограничениях его полномочий. Презумпция невиновности продолжала действовать.

Но политический вопрос остается. Потому что Кошевой продолжал управлять городом не где-нибудь, а в муниципалитете, где одновременно происходил один из самых масштабных земельно-строительных бумов в регионе. Еще одна причина, по которой вокруг Кошевого сформировалась репутация «непотопляемого», — история его заместителей.

Руслан Андронов, работавший в администрации Зеленоградска много лет, в разные периоды был заместителем Кошевого и исполняющим обязанности главы. В 2024 году он оказался под домашним арестом по уголовному делу о превышении должностных полномочий. Ему вменяли эпизоды, связанные с земельными участками в Зеленоградске.

Причем эта история получила неожиданное продолжение уже после ухода Кошевого: в 2026 году суд оправдал Андронова по двум эпизодам превышения полномочий, не установив в его действиях состава преступления. 

Другой заместитель, Павел Боровиков, попадал в административную историю после отказа от медицинского освидетельствования водителя. Сам эпизод не имеет отношения к земельному делу Кошевого, но в региональной прессе он стал частью общей картины многочисленных скандалов вокруг администрации.

Успешный Зеленоградск

И все же сводить эпоху Кошевого к коррупционным скандалам было бы несправедливо даже с журналистской точки зрения.

За время его руководства Зеленоградск объективно изменился.

Город стал одним из самых известных российских курортов Балтики. Появились новые общественные пространства, обновлялись улицы, развивалась туристическая инфраструктура, город научился работать с брендингом. Кошевой оказался эффективным менеджером именно в той части муниципальной политики, которая хорошо видна туристу.

Бюджет муниципалитета также вырос. В 2024 году, по данным, приводимым самим Кошевым, доходы составили 2,638 млрд рублей — примерно в 3,5 раза больше уровня 2016 года. Но туристическая «медаль» имела и обратную сторону. Рост бюджета сопровождался стремительным ростом цен на землю и недвижимость, которая становилась недоступна подавляющему большинству зеленоградцев. 

Западный пляж и социальная инфраструктура

Одна из наиболее показательных историй связана с планами развития Западного пляжа.

Власти рассчитывали, что новая застройка будет сопровождаться строительством социальной инфраструктуры — школы, детского сада, поликлиники. Однако фактическое развитие жилых проектов и создание социальных объектов шли с разной скоростью.

Для жителей это было принципиально: новый дом означает сотни новых жителей, которым нужны места в школах и детских садах, парковки, дороги, вода и канализация.

В результате администрация оказывалась в парадоксальной ситуации. С одной стороны, она была заинтересована в развитии территории и росте налоговой базы. С другой — каждый новый жилой квартал требовал дополнительных бюджетных расходов, денег на которые не было.

И здесь вновь возникает вопрос о том, была ли муниципальная политика Зеленоградска ориентирована прежде всего на развитие города как полноценного курорта или на максимально быстрое освоение дорогой земли.

Почему Беспрозванных оказался переломной фигурой

К моменту прихода нового губернатора Алексея Беспрозванных в 2024 году положение Кошевого уже объективно отличалось от того, каким оно было при Алиханове.

Уголовное дело находилось на стадии, когда его уже невозможно было игнорировать. В апреле 2025 года представитель губернатора публично сообщила, что Беспрозванных знает о деле и доверяет правоохранительным органам.

Это не было прямым требованием отставки Кошевого и не свидетельствовало о вмешательстве губернатора в судебный процесс. Но тональность была принципиально иной.

При Алиханове Кошевого публично хвалили. При Беспрозванных областная власть просто дистанцировалась от его уголовной истории и подчеркивала доверие к следствию.

В сентябре 2025 года полномочия Кошевого закончились. Он не получил нового назначения. Сначала исполняющим обязанности стал его первый заместитель Сергей Заболотный, затем главой округа избрали Александра Китаева, до этого руководившего Гусевом.  

Нельзя утверждать, что именно Беспрозванных решил судьбу Кошевого: публичных доказательств этого нет. Но очевидно другое — прежней политической конструкции больше не существовало. Кошевой впервые за долгие годы оказался за пределами муниципальной власти.

И - какое совпадение - вялотекущее уголовное дело почти сразу ускорилось и дошло до финальной стадии - упало в суд. Процесс был перенесен в Санкт-Петербург, чтобы у влиятельного Кошевого не было возможности оказывать давление на местное правосудие. 

Человек, переживший губернаторов

Если смотреть на карьеру Кошевого целиком, становится заметно, насколько долго он существовал вне зависимости от конкретной губернаторской команды.

При Георгии Боосе он только начинал муниципальную карьеру. При Николае Цуканове вошел в региональное правительство и вернулся в Зеленоградск уже очень влиятельным человеком. При Антоне Алиханове достиг максимальной публичной устойчивости, превратившись в одного из наиболее заметных муниципальных руководителей области. При Алексее Беспрозванных его эпоха закончилась - быстро и печально.

Кошевой  обладал редкой для муниципального руководителя политической живучестью. Но эта живучесть, в конце концов, сыграла с ним злую шутку.  Кошевой был удобен системе потому, что давал измеримый результат: Зеленоградск развивался, туристический поток рос, бюджет увеличивался, благоустройство становилось визитной карточкой города. Проблема в том, что та же модель развития делала его все более зависимым от земельно-строительных вопросов. 

Финальная стадия

В сентябре 2026 года процесс наконец подошел к концу. Прения по делу длились около десяти часов. В последние дни процесса звучали уже не новые факты, а оценки доказательств. Сторона обвинения настаивала на виновности Кошевого и прокурор, как уже говорилось, попросил 11 лет общего режима со штрафов в 2 млн. Защита и подсудимый требуют оправдания. Но какой бы ни была развязка, политическая биография Кошевого уже стала частью истории Зеленоградска.

Что останется после него?

Возможно, самое точное описание наследия Кошевого сегодня звучит так: он оставил после себя город, который стал значительно богаче, известнее и привлекательнее — и одновременно значительно дороже, сложнее и конфликтнее.

Зеленоградск при нем превратился в курорт федерального масштаба, где появились новые общественные пространства, туристические бренды и огромный поток инвестиций. Но вместе с этим выросла зависимость города от недвижимости, а земля стала главным предметом политического и экономического интереса.

Вокруг этой земли сформировалась сеть предпринимателей, чиновников и депутатов. Не все они были друзьями Кошевого, не все входили в одну группу и уж тем более не все имеют отношение к уголовным делам. Но многие из них пересекались в одних и тех же проектах, компаниях и земельных историях.

Сын главы администрации оказался предпринимателем на том же рынке, а затем попал в международный розыск. Сам Кошевой, несмотря на уголовное дело, несколько лет продолжал руководить городом и даже получал публичные похвалы губернатора. Именно эта комбинация и сделала его одной из самых необычных фигур калининградского истеблишмента.

Он не был человеком, которого привезли на берега Балтики откуда-то с большой земли. Он не был случайным пассажиром, оказавшимся пешкой в чужой большой игре. Вряд ли он был чем-то вроде ферзя, а вот фигурой, которую принесли в жертву, Кошевого вполне можно назвать. Его карьера росла много лет вместе с самим городом. И крепла не только за счет развития города, но и за счет неформальных связей и круговой поруки. И потому эта история закончится не тогда, когда судья огласит свой приговор, а тогда, когда станет понятно, изменилась ли сама система, порождением которой стала такая долгая муниципальная карьера Кошевого.